Незабудка
Незаметно весна перетекла в лето. Теплые погожие деньки, ясное солнышко, голубое небо, по которому лениво плавают белые пушистые, словно взбитые сливки, облака, сочная еще зелень деревьев–все это радует. В воздухе тает чарующий аромат распустившейся черемухи, смешиваясь с запахом сдобы. Это местные хозяйки приступили к выпечке субботних пирогов, чтобы чай пить да умением своим хвастаться. Таков обычай был в деревеньке этой, ласково называемой Черемуховкой. Среди лесов и болот на высоком берегу живописной, богатой рыбой, реки раскинулась она.
Аленка только что закончила поливать огурцы и уселась на скамейку, вдыхая милые с детства запахи и, наблюдая с удовольствием за нарядной пчелой, засунувшей хоботок в голубой цветок и лакомившейся сладким нектаром. И цветок этот напомнил сказку, рассказанную еще дедушкой, когда Аленка была маленькой. Сказка была о двух влюбленных, якобы из их же деревни. Гуляли молодые люди однажды по лесу и попали в места болотные и вдруг среди кочек, покрытых мхом голубой цветок, словно огонек, светится.
–Сорви цветочек этот,–попросила девица доброго молодца.
Чего не сделаешь ради любви своей. Шагнул он, закачалась земля вдруг под ним, проваливаться стал, тонуть, но цветочек этот успел сорвать и бросить возлюбленной своей.
–Не забудь меня,-только и крикнул он прощание. Болото поглотило его, а цветок тот незабудкой называться стал.
И так вдруг Аленке захотелось в те места наведаться и самой увидеть цветочек этот крошечный, что решила она отправиться туда и во что бы то ни стало посмотреть на чудо это хоть система лазерного резки одним глазком.
Перебежав дорогу, постучала она в соседнюю калитку, намереваясь пригласить с собой подружку Машеньку. Но подружки не оказалось дома и тогда Аленка отправилась в лес одна. Петляя, бежала тропинка между деревьев разных, среди цветов скромных лесных, минуя лужайки изумрудные с порхающими мотыльками и стрекозами.
Внезапно лес расступился, вода под ногами хлюпать стала, а впереди водная гладь с болотными кочками.
–Пришла!–екнуло сердце, а глаза увидели крошечный голубой огонек. Шагнула Аленка, не раздумывая, земля из-под ног уходить стала. Отступила она, но уж очень хочется ей сорвать цветочек голубенький. Шагнула вновь, протянула руки и вот он, держит уже его, налюбоваться не может. Вслед за этим смех услышала тихий и добродушный. Подняла голову, на одной из кочек, незамеченный ею, старичок сидит с бородой седой, окладистой, волосы длинные растрепаны, рубашка белая на нем, а глаза -голубые-голубые, ну точно цветок тот желанный. Заговорил он с ней, затем сказки стал рассказывать. Голос его убаюкивает, успокаивает, идти не дает. Села на пенек Аленка, заслушалась и неможет встать, чтобы домой уйти. Вдруг увидела пчелку и показалась она ей знакомой, встрепенулась тогда Аленка, встала и домой пошла, а водяной ей вслед кричит,
--Возьми цветок, девушка. Уж очень ты мне понравилась смелостью своей, одна пришла сюда, не побоялась. И не забудь…
Но о чем она должна не забыть, Аленка уже не слышала. Так и пришла домой, держа в руке цветочек крошечный. Положила его на стол, легла и уснула. Сны беспокойные снились ей, кто-то звал ее, уговаривал вернуться.
Яркое солнце заливало комнату, когда Аленка открыла глаза. И первое, что она увидела–цветочек на столе, а на нем прозрачная капелька, словно слезинка. Плакал цветок. Взяла в руки его Аленка. От него тепло идет странное, живое, а ноги сами к лесу понесли и далее к болоту. И опять она слушала сказки. На третий день все повторилось и опять пчелка прогнала наваждение. Взмолилась тогда Аленка,
–Прошу тебя, дедушка, отпусти меня, не заставляй ходить сюда.
Завздыхал водяной,
–Жалко расставаться с тобой, голубушка, да ничего не поделаешь. Думал я, заворожу тебя сказками, ты и останешься совсем, а силой не хочу держать. Иди,–добавил он грустно,-а вот это будет тебе на память.
Он протянул руку и Аленка увидела у ног своих, сверкающую хрустальную незабудку.
–Возьми. Она будет твоим талисманом. И пока этот цветок у тебя, с тобой ничего плохого не случится. А теперь иди и не оглядывайся. Если посмотришь назад, дороги уже не будет, здесь останешься.
Подняла Аленка цветочек, поблагодарила водяного и бегом домой.
Кто болеет, того Бог жалеет
("окололингвистические" размышления)
Пословица, вынесенная в заглавие, нередко трактуется нами по-разному. Одни понимают её как жалостливое отношение Бога к заболевшему человеку (мы ведь тоже его жалеем!); другие видят смысл пословицы иначе: Бог посылает болезни тому, кого любит (жалеет). Казалось бы, абсурд? Но есть в этом "абсурде" своя изюминка. С точки зрения христианства (как, впрочем, и некоторых других религий), чем больше страданий достанется телу, тем меньше их будет у души, тем ближе она к Царствию Небесному. (Вспомните, например, вериги, носимые на руках и теле аскетами, подвижниками, религиозными фанатами). С точки зрения философии и народной мудрости, "со дна колодца звёзды и днём видны". И верно: когда мы чаще всего задумываемся о смысле жизни, об истинных её ценностях? Когда болеем сами или нездоровится нашим близким… Недавно попалась на глаза латинская идиома: quod nocet, docet (что вредит — учит). Не относится ли и болезнь к подобным "урокам"?
Неоднозначное отношение к боли, болезни находим в русских пословицах: наряду с ярко выраженной отрицательной семантикой, есть немало идиом, рассматривающих боль (болезнь) как важный компонент "палитры человеческих состояний" (без болезни и здоровью не рад; тот здоровья не знает, кто болен не бывает; кто не боится холеры, того она боится и др.)
Есть и ещё один аспект — лингвистический, собственно, и определивший тему моих "раздумий": в старославянском и древнерусском языках слово имело первоначальное значение "расти, становиться больше", а так же метафоричное "получать силу, выздоравливать". Ни один словарь русского литературного языка (начиная со словаря В.И.Даля) не отражает подобного значения слова, что вполне объяснимо: исконное значение было утрачено очень давно. В этимологическом словаре М.Фасмера существование версии о связи лексем1 "болеть" и "большой" отмечается, но она (версия) тут же и отвергается, хотя и на современном этапе в разговорном языке существует косвенное доказательство подобной связи: мы нередко используем слово "больно" в значении "очень" (Уж больно ты хитёр, братец!)
Вполне реально предположить, что слово болезнь было эвфемизмом2 — отражением архаичных "табу" (запретом произносить прямые наименования таких опасных (или сакральных) предметов и явлений, как, например, богов, болезней или мертвецов, поскольку акт называния, по мышлению первобытного человека, может вызвать самое явление). "Древний человек боялся боли, избегал её. Слово, обозначающее болезнь или болезненное состояние, было под запретом. Оно и не дошло до нас: мы не знаем, каким именно словом обозначали это состояние древние славяне. Наоборот, к больному нужно было привлечь добрые силы, убедить его самого, что он здоров или, по крайней мере, выздоравливает. Страдающему человеку говорили, что он болеет, и называли его самого словом боль. Корень этого слова передавал значение силы, мощи, а значит, и здоровья" — это цитата из книги В.В.Колесова "Мир человека в слове Древней Руси"3. Автор подробно описывает, как происходило дальнейшее осмысление болезни, как, утрачивая суеверные представления о мире, а также веру в волшебные силы слова (коими и исцеляли всевозможные колдуны), человек признаёт болезнь "объективной реальностью" и начинает воспринимать её как нездоровье (подобное осмысление произошло уже к Х веку).
А теперь давайте попробуем осмыслить заглавную пословицу, зная исконное значение слова болеть. Что, если все наши болезни — это своеобразные ступени роста, и от желания их преодолевать (или сдаться без борьбы) зависит наша дальнейшая жизнь? Помните крылатое выражение — что нас не убивает, то делает нас сильнее? И если так уж случается, что нами время от времени овладевает болезнь, давайте воспринимать её всего лишь как возможность стать больше, сильнее — и духовно, и физически! Крепкого нам всем здоровья! :)